исключили какое-либо признание вещного права
в отношении домов за заявителями. Тот факт, что
заявители занимали их очень длительное время, не
мог влиять на признание имущества неотчуждае-
мой прибрежной общественной собственностью.
При таких обстоятельствах, хотя дома были приоб-
ретены добросовестно, поскольку решения, позво-
ляющие их использование, не создавали вещное
право в отношении общественной собственности,
Европейский Суд сомневается в том, что они могли
разумно ожидать продолжения беспрепятствен-
ного пользования имуществом исключительно на
основании решений, позволяющих его занятие.
Все решения префекта содержали ссылку на обя-
занность, в случае отмены решения, разрешающе-
го занятие, вернуть побережье в его первоначаль-
ное состояние по требованию властей. Однако тот
факт, что внутреннее законодательство государ-
ства не признавало конкретный интерес в качестве
имущественного права, в любом случае не исклю-
чает возможности при некоторых обстоятель-
ствах рассматривать такой интерес как имущество
в значении статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции.
В настоящем деле в результате истечения времени
заявители были наделены имущественным инте-
ресом в беспрепятственном использовании домов,
который достаточно установлен и весом, чтобы
приравниваться к имуществу.
планирования и сохранения окружающей сре-
ды, в которых преобладал общественный инте-
рес, наделяли государство широкой свободой
усмотрения. С момента приобретения заявите-
лями имущества или, возможно, даже с момента
постройки домов власти были осведомлены о су-
ществовании домов, поскольку они использова-
лись на основании решения, устанавливающего,
что береговой вал должен быть постоянно досту-
пен публике. Каждое решение префекта, позво-
ляющее занятие собственности, устанавливало
срок разрешения и право властей изменять или
отменять разрешение по своему усмотрению или
любому иному основанию, без возникновения
у пользователя права требовать компенсацию.
Кроме того, было установлено, что пользователь
обязан по требованию вернуть участок в его пер-
воначальное состояние путем сноса строений,
возведенных на общественной земле, включая
те, которые существовали на дату предоставле-
ния разрешения. Таким образом, заявители всег-
да знали, что решения, разрешающие занятие
собственности, были отзывными и отменяемы-
ми, и, соответственно, власти не могут считать-
ся способствовавшими росту неопределенно-
сти, связанной с правовым статусом имущества.
Следует признать, что заявители пользовались
имуществом в течение длительного времени.
Европейский Суд, однако, не усматривает какую-
либо небрежность со стороны властей, но лишь
допущение продолжающегося использования,
которое, кроме того, регулировалось определен-
ными правилами. Соответственно, отсутствуют
доказательства, подтверждающие довод заявите-
лей об ответственности властей за увеличение
со временем неопределенности в отношении
статуса домов. Ситуация заявителей изменилась
лишь в 1986 году с принятием Закона о прибреж-
ных зонах, который положил конец политике
защиты прибрежных зон на основании правил,
регулировавших общественную собственность
в период, когда проблемы строительства и окру-
жающей среды не достигли современной остро-
ты. В любом случае, вышеупомянутое допущение
не могло привести к легализации с обратной
силой существующего положения. Что касается
приемлемости меры с точки зрения обществен-
ного интереса защиты прибрежных зон, реше-
ние вопроса о характере необходимых мер в
первую очередь относится к компетенции наци-
ональных властей. Отказ в возобновлении раз-
решения и мера, предписывающая заявителям
возвратить участок в состояние, предшествую-
щее возведению домов, отвечали задаче после-
довательного и строгого применения закона.
Учитывая привлекательность побережья и сте-
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
Статья 1 Протокола № 1 к Конвенции является
применимой.
(b) Существо жалоб. Учитывая принципы,
регулирующие данную категорию собствен-
ности, и тот факт, что мера по сносу домов не
была реализована до настоящего момента, лише-
ние имущества отсутствовало. Невозобновление
решений, позволяющих частное занятие обще-
ственной собственности, наступление которого
в определенный момент заявители должны были
предвидеть, и ведущее к распоряжению о сно-
се домов, может рассматриваться как контроль
за использованием имущества в общественных
интересах. Кроме того, причины, приведенные
префектом для отказа в возобновлении разре-
шения, были основаны на положениях Закона
о прибрежных зонах. Вмешательство преследо-
вало законную цель, отвечающую общественно-
му интересу обеспечения беспрепятственного
доступа к побережью. Таким образом, остает-
ся определить, с учетом интереса заявителей в
сохранении своих домов, было ли распоряже-
ние о восстановлении участка в первоначальном
состоянии мерой, пропорциональной пресле-
дуемой цели. Региональные политики в сфере