ливали, что на имя фонда-заявителя не было зарегистрировано какое-либо
право, хотя эксперты и свидетели подтвердили, что фонд действительно
владел ими. Поскольку фонд не подал возражения в течение 30 дней, разре-
шенных законом, кадастровые планы были опубликованы и вступили в
силу. В 2001 и 2002 годах фонд-заявитель обращался в земельный регистра-
ционный трибунал в целях регистрации в земельном реестре его права на
каждый из объектов недвижимости. Трибунал удовлетворил заявление и
предписал зарегистрировать недвижимость на имя фонда-заявителя.
Кассационный суд отменил решение. В августе 2002 г. вступил в силу Закон
№ 4771, вносящий изменений в Закон № 2762. Он предоставил фондам воз-
можность зарегистрировать в земельном реестре недвижимость, в отноше-
нии которой они могут доказать свое владение тем или иным способом.
Земельный регистрационный трибунал в соответствии с решениями
Кассационного суда отклонил требования фонда-заявителя и предписал
закрепление права на спорное имущество за казначейством. Кассационный
суд отклонил жалобы фонда-заявителя, тем самым оставив без изменения
решения, принятыевпервойинстанции. МеждутемнаосновеЗакона № 4771
фонд-заявитель подал заявление в Генеральный директорат фондов о реги-
страции на его имя в земельном реестре спорного имущества. Его заявление
было отклонено на том основании, что право собственности уже было вне-
сено в реестр на имя казначейства или третьих лиц. Административный суд
отклонил последующую просьбу заявителя об отмене указанного решения.
Государственный совет оставил без изменения решение суда первой инс-
танции.
Вопросы права Не оспаривается, что фонд-заявитель не располагал правоустанавливаю-
щими документами на указанное имущество. Вопрос заключался в том, мог
ли фонд законно утверждать, что приобрел имущество в силу приобрета-
тельной давности, и, следовательно, требовать ее регистрации в земельном
реестре на его имя. В настоящем деле фонд-заявитель мог правомерно пола-
гать, что он отвечал всем требованиям для того, чтобы его право на недви-
жимость, которой он владел в течение очень долго времени, было призна-
но. Его имущественный интерес был достаточен, чтобы представлять собой
существенный интерес, и, таким образом, «имущество» в значении правила,
заложенного в первом предложении статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции,
положения которой, следовательно, были применимы к данному аспекту
жалобы. Вмешательство в право на уважение собственности, которое усмат-
ривается в отказе зарегистрировать недвижимость на имя фонда-заявителя
и регистрации ее на имя казначейства, должно быть, прежде всего, закон-
ным. При этом применимые положения действующего законодательства
были достаточно ясны. Статья 14 закона о земельном реестре предусматри-
вала условия для приобретения имущества в силу приобретательной дав-
ности. Кроме того, Закон № 2762 о фондах с изменениями, принятыми пос-
ле 2002 года, признавал возможность для фондов религиозных меньшинств
приобретать имущество на основе владения им. Следовательно, с учетом
вышеизложенного отказ турецких судов в регистрации спорной недвижи-
мости в земельном реестре на имя фонда-заявителя не может считаться
достаточно предсказуемым, поскольку фонд владел ею непрерывно более
20 лет для целей статьи 14 закона о земельном реестре. Обжалуемое вмеша-
тельство было несовместимо с принципом законности.
Постановление По делу допущено нарушение требований статьи 1 Протокола № 1 к
Конвенции (принято единогласно).
Компенсация В порядке применения статьи 41 Конвенции. Спорная недвижимость под-
лежит регистрации в земельном реестре на имя фонда-заявителя; в против-
ном случае Европейский Суд присудил выплатить фонду-заявителю
100 000 евро в счет компенсации материального ущерба.