судья «пользовалась своим служебным положением и связями в судейском
сообществе». Впоследствии судья обратилась с иском к газете, заявительни-
це и автору письма с иском о защите чести, достоинства и деловой репута-
ции. По ее ходатайству суд принял меру по обеспечению иска, запрещаю-
щую газете публиковать любые материалы, имеющие отношение к проис-
шествию или судебному разбирательству до принятия решения по делу о
защите чести, достоинства и деловой репутации. Жалобу на указанную меру
отклонили. Суд впоследствии признал, что статья являлась диффамацион-
ной, и обязал опубликовать в газете извинение.
Вопросы права Заявительница оказалась непосредственно затронута запрещением, кото-
рое представляло собой законное вмешательство в осуществление ею права
на свободу выражения мнения. Запрещение действовало в течение всего
периода разбирательства по делу о защите чести, достоинства и деловой
репутации. Его целью являлось обеспечение рассмотрения указанного иска
без сопутствующих нарушений прав истца. Однако, хотя суды страны пола-
гали, что запрещение оправдано в качестве средства защиты репутации
иных лиц и поддержания авторитета судебной власти, причины, указанные
в качестве обоснования, не представляются Европейскому Суду достаточ-
ными. Что касается запрета на публикацию фактических обстоятельств
происшествия, Европейский Суд отмечает, что заявительница не представ-
ляла какую-либо одну версию происшествия в качестве действительной или
единственно возможной, но сообщила о различных мнениях, принадлежа-
щих сторонам, милиции и очевидцам. Ни одна из них не оспаривалась в
разбирательстве о защите чести, достоинства и деловой репутации, пред-
мет которого сводился к утверждению о связях судьи в судейском сообщес-
тве. Принимая указанное решение, суд лишь сослался на факт назначения
экспертизы, не объясняя, почему он полагал, что дальнейшее освещение
фактических обстоятельств дела будет предвзятым. Кроме того, поскольку
ꢀ Правило sub judice
(«на рассмотрении суда» (лат.))
судья участвовала в происшествии как частное лицо, запрещение иных
материалов о происшествии не могло иметь своей целью поддержание
авторитета судебной власти. Что касается запрещения сообщений об иске о
защите чести, достоинства и деловой репутации, Европейский Суд призна-
ет, что утверждение о том, что судья пользовалась служебным положением
и связями в судейском сообществе, могло повредить ее репутации и автори-
тету судебной власти. Тем не менее, хотя цель решения являлась законной,
его сфера действия оказалась чрезмерно широкой и несоразмерной. Оно
не ограничивалось спорным утверждением, но препятствовало общим и
безусловным образом любой возможности публикации материалов о деле.
Европейский Суд не может признать, что столь широкое запрещение необ-
ходимо в демократическом обществе. Напротив, это повредило авторитету
судебной власти, снижая прозрачность и вызывая сомнения в беспристра-
стности суда. Кроме того, в российской правовой системе отсутствует экви-
регулирует публикацию
сведений, относящихся
к вопросам, которые находятся
на рассмотрении суда.
В некоторых странах считается
неприемлемым публично
комментировать дела,
по которым еще не вынесено
судебное решение, что может
само по себе быть признано
преступлением против
надлежащего отправления
правосудия
ꢀ
(прим. переводчика).
валент правила sub judice , в связи с чем право освещать открытое судебное
разбирательство в принципе не ограничивается. Особую обеспокоенность
вызывает тот факт, что одной из целей решения являлась необходимость
воспрепятствовать газете в публикации материалов, представляющих про-
тивоположную точку зрения. Таким образом, запрещение являлось чрез-
мерно широким, и российские власти вышли за рамки свободы усмотрения,
предоставленной им в делах, касающихся предварительных ограничений
на публикации.
Постановление По делу допущено нарушение требований статьи 10 Конвенции (принято
единогласно).
Компенсация В порядке применения статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил
выплатить заявительнице 1 000 евро в счет компенсации причиненного
морального вреда.