качестве самозанятого декоратора. В составлении обращения ей содейство-
вала неправительственная организация, выступающая за исключение про-
ституции. Должностное лицо URSSAF предложило заявительнице подписать
документ, содержащий заявление под присягой о том, что она занималась
проституцией и никогда не работала декоратором. На основании этого
заявления URSSAF зарегистрировало заявительницу в категории «неуказан-
ное занятие» и направило ей несколько требований об уплате взносов и
штрафов за просрочку платежей. Когда заявительница была включена в
категорию лиц «свободных профессий», то же агентство потребовало от нее
дополнительных платежей. Заявительница безуспешно оспаривала требо-
вания об уплате за период, охватывающий несколько лет. В общей сложнос-
ти она должна была уплатить не менее 33 000 евро в качестве взносов и как
минимум 5 196 евро в качестве штрафов.
Заявительница утверждает, что требование об уплате взносов на семейные
пособия лицами, занимавшимися проституцией, представляет собой основ-
ное препятствие для их реинтеграции в общество, поскольку любой доход,
который мог быть извлечен за счет альтернативных схем трудоустройства,
был бы недостаточным для уплаты сумм, требуемых URSSAF за период заня-
тия проституцией. Таким образом, им не оставалось выбора кроме продол-
жения занятия проституцией, сопровождающего ростом доходов и, соот-
ветственно, взносов.
Вопросы права Принуждение лица какими угодно средствами к занятию или продолжению
занятия проституцией со стороны национального органа власти или агент-
ства приравнивалось бы к «бесчеловечному или унижающему достоинство
обращению» в значении статьи 3 Конвенции. В добросовестном желании
заявительницы прекратить занятие проституцией не приходится сомневать-
ся. Принимая во внимание метод, используемый для расчета взносов, упла-
чиваемых в URSSAF самозанятыми лицами (включая проституток), а также
штрафов и процедур их взыскания, можно сделать вывод о том, что самоза-
нятые лица, прекратившие свою деятельность, должны иметь средства, что-
бы заплатить взносы, причитающиеся в связи с прежним занятием.
Заявительница была обязана уплатить в общей сложности 40 000 евро в
счет взносов и штрафов. Эти значительные суммы были предъявлены ей в
счет прежних периодов в момент, когда она не имела других доходов, кроме
полученных от занятия проституцией. Обязанность внесения этих перио-
дических платежей делала для нее затруднительным отказ от занятий про-
ституцией, являвшейся единственным источником ее дохода, и препятство-
вала ее реинтеграции.
Однаконедостаточнооснованийутверждать,чтоврезультатезаявительница
была вынуждена продолжать работать проституткой. Ни URSSAF, ни какое-
либо другое агентство или орган власти не требовали от нее продолжения
работы проституткой в целях уплаты взносов и штрафов. Заявительница не
представила реальных доказательств своей полной неспособности упла-
тить требуемые суммы за счет иных средств. URSSAF в течение несколь-
ких лет направляло ей требования – хотя о ее стесненных обстоятельствах
и трудностях с уплатой, очевидно, свидетельствовал тот факт, что она почти
каждый раз обжаловала такие требования в суд, – но при этом проявляло
желание помочь ей, в частности, путем предоставления рассрочки. URSSAF
приняло положительное решение по ее просьбе о рассрочке, однако заяви-
тельница в дальнейшем не требовала иных мер подобного рода.
Постановление По делу требования статьи 3 Конвенции нарушены не были (вынесено шес-
тью голосами «за» и одним – «против»); необходимость рассмотрения жало-
бы с точки зрения статьи 4 Конвенции не возникает (принято единогласно).