свободы сроком на 4 месяца для каждого из обвиняемых. Мера наказания могла
быть заменена денежным штрафом.
17 марта 1987 апелляционный суд г. Креты оправдал г-жу Коккинаки, но
приговор ее мужу оставил без изменений. Кассационный суд отклонил его
жалобу по мотивам нарушения норм процессуального права.
Главный вопрос, который должен был решить Суд по Правам Человека,
заключался в том, является ли приговор г-ну Коккинаки нарушением его права
на свободу мысли, совести и религии, которая гарантируется Ст. 9 ЕКПЧ.
Прежде всего, Суд подчеркнул, что свобода мысли, совести, и религии является
одной из основ демократического общества, одним из его жизненно важных
элементов, формирующих личность верующих и их концепцию жизни. Но это
также ценность для атеистов, агностиков, скептиков и безразличных.
Религиозная свобода подразумевает свободу проявлять свои религиозные
убеждения не только в своем собственном сообществе, «публичным образом» и
в кругу людей, которые разделяют веру, но также «индивидуально», «в частном
порядке», включая в принципе право пытаться обратить ближнего в свою веру.
Суд подчеркнул, что основополагающая природа прав, гарантированных Ст. 9
ЕКПЧ, также отражена в способе формулирования параграфа Статьи,
определяющего ограничения. В отличие от Ст. 8, 10 и 11, где второй параграф
относится ко всем правам первого параграфа этих Статей, второй параграф Ст. 9
относится только к «свободе исповедовать свою религию или убеждения».
В обстоятельствах данного дела Суд счел, что приговор, постановленный
национальными судами, представляет собой вмешательство в осуществление г-
ном Коккинаки права на свободу исповедовать свою религию или убеждения
(Ст. 9-1 ЕКПЧ). Следовало определить поэтому, было ли такое
«вмешательство» оправдано в смысле Ст. 9-2 ЕКПЧ. В данном случае, осуждая
прозелитизм, Раздел 4 Закона N. 1363/1938, преследовал законную цель по
защите прав и свобод других граждан только в той степени, в какой он был
направлен на преследование злоупотребления прозелитизмом – проводя
различие с подлинной евангелизацией.
Суд отметил между тем, что в своей аргументации греческие суды недостаточно
конкретизировали, в чем заключались несоответствующие средства, с помощью
которых заявитель пытался переубедить г-жу Кириакаки. В результате Суд
счел, что не было установлено то, что признание заявителя виновным было
оправдано насущной общественной необходимостью. Осуждение заявителя не
являлось, таким образом, соразмерным по отношению к преследуемой законной
цели и, следовательно, не было «необходимо в демократическом обществе (…)
для защиты прав и свобод других». Соответственно, нарушение права заявителя
на свободу мысли, совести и религии (Ст. 9 ЕКПЧ) имело место.
Языки судопроизводства:
Английский, французский.